Крах последнего наступления Вермахта

Крах последнего наступления Вермахта

Весной 1945-го Красная Армия сломала планы фюрера по созданию неприступного альпийского укрепрайона
3 этапа январского наступления вермахта в Венгрии.
© wikipedia.org
Весной 1945-го Красная Армия сломала планы фюрера по созданию неприступного альпийского укрепрайона
' + '' + ' ' + ''+ ' 3 этапа январского наступления вермахта в Венгрии.
25 марта 2020, 09:30
Реклама

В марте 1945-го немецко-фашистские войска предприняли последнюю попытку широкомасштабного наступления. Собрав лучшие из оставшихся у него дивизий, Гитлер бросил их в бой против сил 3-го Украинского фронта. В Венгрии, у озера Балатон, десять дней кипело ожесточенное сражение. Победу в нем одержала наша армия, но досталась она нелегко. «Армейский стандарт» расскажет о последнем контрударе вермахта.

«Альпийская крепость»

Грандиозное по масштабам и беспрецедентное по темпам наступление наших армий между Вислой и Одером поставило гитлеровский рейх на край пропасти. Абсолютно всем было ясно, что оставшиеся до Берлина 60–70 километров советские войска преодолеют одним стремительным броском.

Отчаянное сопротивление фашистских армий в Курляндии, Восточной Пруссии и Померании не могло существенно повлиять на общую картину и надолго оттянуть момент окончательного крушения германской военной машины. Понимая это, Гитлер не согласился с Гудерианом, предлагавшим отправить перебрасываемые с западного фронта элитные дивизии вермахта и СС в Померанию и Силезию.

У фюрера созрел совсем иной план продолжения войны. Он основывался на идее построения так называемой «альпийской крепости». Предполагалось на территории Южной Германии, Австрии, части Венгрии, Чехии и альпийских районов Северной Италии создать укрепленный район. Его Гитлер рассчитывал удерживать максимально долго.

Все еще надеясь добиться «почетного мира» благодаря принципиальным разногласиям между СССР и западными союзниками, Гитлер по-прежнему продолжал уповать и на создание атомной бомбы, которая могла изменить ход войны. Ну и, кроме того, Гитлер пытался уцепиться за всякую возможность оттянуть во времени момент своего бесславного краха.

После потери нефтяных месторождений Румынии и уничтожения авиацией союзников почти всех германских заводов, производивших горючее, единственным источником топлива для немецкой техники оставались месторождения и нефтеперерабатывающие заводы в Венгрии и Восточной Австрии. Только удержав их, можно было мечтать о продолжении сопротивления в «альпийской крепости».

Но для того, чтобы всерьез рассчитывать на удержание районов нефтяных месторождений, немецкая оборона должна была опереться на крупную естественную преграду — широкий и полноводный Дунай. Именно поэтому главной целью фашистского контрудара был выход к его берегу. Закрепившись на Дунае, гитлеровцы препятствовали бы прорыву наших танков на прилегающие к Альпам нефтеносные равнины.

«Генеральная репетиция» Балатона

Еще до начала Висло-Одерской операции Гитлер попытался нанести удар в Венгрии. 1 января 1945 года 6-я немецкая армия начала мощный натиск на позиции советских войск. Фашистское командование тщательно подготовило и продумало это наступление. Так как люфтваффе не имели в достаточном количестве бензина для самолетов, начав наступление под покровом темноты, немцы свели к минимуму фактор господства в воздухе нашей авиации. От артподготовки немцы полностью отказались — из-за низкой ее эффективности в ночное время и с целью обеспечения внезапности удара.

Главную ударную силу фашистов представлял собой 4-й танковый корпус СС. Входившие в его состав танковые дивизии «Викинг» и «Мертвая голова» были укомплектованы «Королевскими тиграми» и «Пантерами». Для участия в наступлении эти танки впервые в истории получили инфракрасные ночные прицелы, позволявшие вести точный огонь на дистанции до 400 метров.

Целью наступления было деблокирование Будапешта, окруженного к тому времени силами 3-го Украинского фронта. Если бы фашистам удалось добиться успеха, общее положение на советско-германском фронте вряд ли бы сильно изменилось, но ситуация все же стала бы значительно сложнее для нас.

Внезапный удар противника поставил перед советским командованием нелегкие задачи. Наша пехота часто не могла удержать позиции и отступала. Хотя отход не сопровождался паникой и неразберихой, наши артиллеристы оставались на позициях без прикрытия пехоты и, стараясь отбить атаки, несли очень тяжелые потери (до 70% орудий и личного состава). Но именно благодаря героизму артиллеристов немцы не развили необходимый для прорыва темп.

Фашисты продавили нашу оборону на 30 километров, однако прорвать фронт им не удалось. Когда до окруженной в Будапеште группировки оставалось не более двух-трех километров, сопротивление наших войск усилилось, и враг был остановлен. Главной цели наступающий противник не достиг.

18 января гитлеровцы перенесли направление главного удара. К северу от озера Балатон они скрытно сосредоточили 5 танковых дивизий. Их новое наступление опять застало командование 3-го Украинского фронта врасплох. Немцы прорвались к Дунаю и тем самым рассекли фронт на две части.

Под угрозой оказался даже сам штаб фронта, прикрытый одной лишь батареей 45-мм противотанковых пушек. Только благодаря вводу в бой в решающий момент полка самоходных 100-мм орудий противника удалось остановить. На этот раз до Будапешта ему оставалось 25–30 км. Позже, в конце января, наши войска нанесли врагу фланговые контрудары и вынудили его отступить на изначальные позиции.

Нагоняй от Ставки

Хотя январское наступление немецко-фашистских войск провалилось, советское командование, руководившее его отражением, допустило целый ряд серьезных ошибок, исправлять которые приходилось неоправданными потерями людей и техники.

Противнику дважды удалось обеспечить внезапность удара. Понятно, что на территории врага нашей разведке было объективно труднее добывать нужные сведения, но все же факт остается фактом: формирование ударных группировок противника мы «проспали».

Тяжелые танки немцев было очень непросто остановить и вывести из строя, но отступление пехоты без приказа, оставлявшее артиллеристов одних против надвигающейся бронетехники, сопровождаемой вражеской пехотой, трудно чем-либо оправдать. Ставка Верховного Главнокомандования справедливо назвала такие факты постыдными и потребовала исключить их повторение.

При отражении наступления врага командующий 3-м Украинским фронтом маршал Ф.И.Толбухин допускал ввод наших танковых соединений в бой по частям. Это повторяло пагубную практику начала войны и приводило к большим потерям бронетанковой техники.

Также при отражении атак вражеских тяжелых танков командирами наших танковых корпусов использовались в первую очередь не самоходные и противотанковые орудия, а средние танки. Эта опрометчивость стоила нам потери множества Т-34 и «Шерманов», которым приходилось вступать в неравный бой с противниками из совсем другой «весовой категории».

После глубокого анализа причин неудач на начальном этапе отражения январского контрнаступления немцев на Будапешт, 6 марта, в войска была отправлена директива Ставки, подписанная И.В.Сталиным и начальником Генерального штаба А.И.Антоновым.

Грозная директива указывала: «За последнее время на некоторых фронтах имели место случаи беспечности и ротозейства, пользуясь которыми, противнику удавалось наносить нам внезапные и чувствительные удары». Далее приводились примеры неграмотного управления войсками с указанием конкретных ошибок.

Вывод следовал весьма жесткий: «…Указанные случаи могли иметь место только в результате преступной беспечности, плохой организации обороны, отсутствия разведки и контроля со стороны вышестоящих командиров и их штабов за положением и действиями войск».

Маршалам Ф.И.Толбухину и Р.Я.Малиновскому (командующий 2-м Украинским фронтом) строго указали на плохой контроль над действиями войск, а также на недопустимость сокрытия от Ставки «позорных фактов».

В заключительной части директивы командующим фронтами приказали «произвести строгое расследование и виновных привлечь к ответственности». Командующему 7-й гвардейской армией генерал-полковнику М.С.Шумилову Ставка Верховного Главнокомандования объявила выговор.

Директива встряхнула советских военачальников, начавших было привыкать к непрерывным победам. Солдатам и младшим командирам, уже ощущавшим в воздухе запах окончательной победы в войне, тоже пришлось осознать, что и вдалеке от родной земли позиции при обороне необходимо удерживать до конца во что бы то ни стало — как бы ни хотелось дотянуть живым до конца войны! Все это сыграло свою роль при отражении нового фашистского наступления в Венгрии.

Подготовка к главному акту драмы

Для нового наступления в Венгрии, получившего кодовое название «Весеннее пробуждение», Гитлер приказал перебросить с Западного фронта 6-ю танковую армию СС. В ее состав входило 4 танковые дивизии.

Немцы тщательно скрывали переброску 6-й танковой армии СС. Им очень хотелось снова начать наступление внезапно. Но на этот раз ничего у них не получилось. С одной стороны, сработала наша разведка, с другой — фашисты вынуждены были по пути атаковать нашу 7-ю гвардейскую армию, чем и раскрыли свои планы.

Дивизии командарма Шумилова обороняли плацдарм на реке Грон (приток Дуная в Словакии). Советским войскам удобно было бы развивать с него дальнейшее наступление. С 18 по 25 февраля в ходе ожесточенного сражения немцам удалось ликвидировать плацдарм (за что в директиве и получил выговор командарм Шумилов, а его прямой начальник — маршал Малиновский — был упомянут в ней).

Несмотря на этот частный успех, фашисты таким образом полностью демаскировали свою подготовку к новому контрудару в Венгрии. Серьезность их намерений стала ясна, и войска 3-го Украинского фронта всесторонне подготовились к отражению вражеского наступления.

Подготовку провели с учетом опыта оборонительной части битвы на Курской дуге. На предполагаемом направлении главного вражеского удара была создана мощная система противотанковой обороны, глубина которой на отдельных участках достигала 25–30 километров. 83 километра линии фронта укрепили 66 противотанковыми районами с минными полями и большим количеством противотанковых пушек.

Всего на оборонительной линии было задействовано две трети артиллерии 3-го Украинского фронта. Ее плотность местами доходила до 60–70 орудий и минометов на километр. Фронтовые склады находились за Дунаем, и поэтому для бесперебойного снабжения войск боеприпасами пришлось оборудовать канатно-подвесные переправы через русло реки, на которой шел ледоход.

Большое внимание было уделено защите людей и техники от огня противника. С этой целью построили множество укрытий. Переброску резервов обеспечивали специально построенные для этого дороги. Солдаты нашли способ затруднить прицеливание врага в ночное время: для создания помех инфракрасным прицелам они разводили у окопов костры.

В отличие от Арденнского сражения, где оборонявшиеся англосаксы имели большое численное превосходство над наступавшими немцами, при Балатоне силы сторон были примерно равны. У фашистов даже был перевес в количестве солдат, танков и самолетов.

Вермахт задействовал в наступлении 431 тыс. солдат и офицеров, около 6 тыс. орудий и минометов, 850 самолетов, 877 танков и штурмовых орудий и 900 бронетранспортеров. Большие надежды возлагались на тяжелые танки «Тигр», сверхтяжелые «Королевский тигр» и формально средние, а по факту тяжелые танки «Пантера». Боевая масса «Пантеры» — 44,8 тонны, что примерно равно боевой массе нашего тяжелого танка ИС-2 (46 тонн) и почти в полтора раза больше, чем у Т-34-85, весившего 32 тонны.

Советское командование противопоставило врагу примерно 400 тыс. человек. В это число входил личный состав 1-й болгарской и 3-й югославской армий. У них было 6800 орудий и минометов, 400 танков и самоходных артиллерийских установок. С воздуха наши позиции прикрывали 700 самолетов.

Неудавшееся «Весеннее пробуждение»

В ночь на 6 марта 1945 года немецко-фашистские войска начали свое последнее наступление во Второй мировой войне. Как и в январе, атаковали они без артиллерийской и авиационной подготовки. Отвлекающие удары были нанесены по 1-й болгарской и 3-й югославской армиям. Ну а главный удар пришелся по позициям наших 4-й гвардейской и 26-й армий между озерами Балатон и Веленце.

Бросая в атаки на некоторых участках по 35–40 танков и штурмовых орудий на километр фронта, немцы за первые два дня боев лишь продавили нашу оборону на глубину в 4–7 км. Но прорвать фронт им не удалось. Тогда они ввели в сражение все основные свои силы. Концентрация танков достигала порой 50 единиц на километр фронта!

Но, в отличие от январских и февральских боев, наши солдаты нигде уже не отступали без приказа командования. Хотя обстановка складывалась на многих участках крайне тяжелая. Еще более усугубляло ее то, что в полосе 3-го Украинского фронта стояли сильные туманы, препятствовавшие взлету и посадке наших самолетов. Для участия авиации в отражении натиска врага командованию пришлось задействовать авиацию 2-го Украинского фронта.

Отчаявшись прорвать нашу оборону, немецкое командование пошло на крайние меры. В ходе массированных танковых атак фашисты бросали в бой на некоторых участках фронта до 100 тяжелых танков на километр фронта! Но и такая невиданная до этого концентрация бронетанковой техники ничего не смогла изменить. К 15 марта немцы продвинулись лишь на 15–30 км.

Хотя маршал Толбухин и вынужден был задействовать все свои резервы (за исключением 9-й гвардейской армии, которую Ставка запретила использовать в оборонительных боях), противник тоже не располагал уже свежими силами. Немецкое наступление полностью выдохлось. «Весеннее пробуждение» не состоялось. Враг был остановлен и сломлен морально.

«Наконец исчезли все шансы на крупный успех, — писал Гудериан. — Был утрачен сохранявшийся до сих пор высокий боевой дух эсэсовских дивизий. Под прикрытием упорно сражающихся танкистов вопреки приказу отступали целые соединения».

16 марта войска 2-го и 3-го Украинских фронтов без оперативной паузы перешли в наступление на Вену. Для участия в нем и сохранялись в резерве 9-я гвардейская и 6-я гвардейская танковая армии.

Деморализованные фашисты бросали подбитые и даже исправные танки, штурмовые орудия и бронетранспортеры. Всего в боях у озера Балатон и на первом этапе Венской операции немецко-фашистские войска потеряли в общей сложности 882 единицы бронетанковой техники, в том числе 185 из них — в исправном состоянии.

Наши войска одержали убедительную победу, которая сорвала план Гитлера на дальнейшую оборону в «альпийской крепости». Встречать крах Третьего рейха бесноватому фюреру пришлось в Берлине.

Реклама
Реклама
Комментарии
Войдите в свой аккаунт социальной сети Вконтакте или Facebook и сможете принять участие в комментировании материалов сайта.