Как Брежнев и Косыгин подлодку инспектировали

Как Брежнев и Косыгин подлодку инспектировали

Экипаж для первого атомного подводного ракетоносца готовили в условиях секретности
© Фото из архива
Экипаж для первого атомного подводного ракетоносца готовили в условиях секретности
26 мая 2020, 10:12
Реклама

Появление в 1967 году первого отечественного подводного ракетоносца стало для американцев и их партнеров по НАТО полной неожиданностью. Когда военно-морские силы США в декабре 1959 года ввели в строй атомную подводную лодку с баллистическими ракетами на борту «Джордж Вашингтон», то казалось, что американцы застолбили свое лидерство в морской составляющей ядерной триады. Но не прошло и восьми лет, как Советский Союз развеял эту иллюзию — в состав ВМФ был принят суперсовременный ракетный подводный крейсер стратегического назначения К-137.

Сюрприз для американцев

Не сказать, что до этого у СССР ничего не было. 16 сентября 1955 года с подводной лодки проекта Б-67 стартовала баллистическая ракета — в стране положили начало созданию совершенно нового класса подлодок, которые с той поры стали главной ударной силой ВМФ. В 1960 году в составе флота уже находились десять подлодок этого класса — специально спроектированных или переоборудованных под баллистические ракеты дизельных субмарин.

Затем в строй встали атомные подлодки проекта 658. Но у них был существенный недостаток — надводный старт баллистических ракет. В 1963 году его устранили: на проектах 629А и 658М запуск осуществлялся в том числе из-под воды.

Однако сохранялось существенное отставание от американцев по боевому потенциалу. Главным образом из-за того, что оснащенные баллистическими ракетами атомные субмарины класса «Лафайет» и «Джордж Вашингтон» имели на борту по 16 ракет, а советские — всего по три.

Иными словами, необходимо было преодолеть и это отставание за счет разработки нового проекта 667А «Навага». Соответствующее постановление правительства вышло в апреле 1961 года. Надо было догнать вероятного противника.

Эту задачу выполнили в ЦКБ-18 (ныне Центральное конструкторское бюро морской техники «Рубин») под руководством генерального конструктора Сергея Ковалева. К разработке и реализации проекта 667А подключились свыше 30 научных организаций и около 200 промышленных предприятий.

Атомная подводная лодка получила на вооружение новейший ракетный комплекс Д-5 с 16 межконтинентальными ракетами Р-27 подводного старта. Каждая весом в 14,5 т, с дальностью стрельбы до 2400 км. Плюс шесть носовых торпедных аппаратов с боекомплектом в 16 торпед, в том числе две — с ядерными боевыми частями, и четыре самоходных имитатора подлодок.

Проект 667А превосходил американские аналоги по глубине погружения, подводной скорости и другим параметрам. Так, предельная глубина погружения составила 620 метров (рабочая — 320), подводная скорость — 28 узлов (надводная — 15). Автономность плавания — до 90 суток.

Лодку, получившую тактический номер К-137, заложили в Северодвинске на Севмашпредприятии 9 ноября 1964 года, а в сентябре 1966-го спустили на воду.

Элегантная «конспирация»

Экипаж в составе 140 человек, в том числе 32 офицера, подбирали не «сверху». Это предложили сделать назначенному командиру строящегося ракетного подводного крейсера стратегического назначения К-137 опытному подводнику капитану 2 ранга Вадиму Березовскому.

Достаточно сказать, что весной 1964 года атомная подлодка проекта 658 К-40 под его командованием, участвуя в учениях Военно-морского флота СССР «Ограда», прошла 6582,4 мили, из которых 6553,7 — в подводном положении. То есть, выйдя из базы, лодка погрузилась и всплыла только через месяц и три дня, когда вернулась домой! При этом не была обнаружена вероятным противником.

«Березовский тщательно отбирал команду, — рассказывал мне капитан 1 ранга Юрий Плигин, который стал командиром дивизиона БЧ-5 в том первом экипаже. — Последующие годы службы показали, что он ни в ком не ошибся. В целом на К-137 в разные годы прошли хорошую школу многие офицеры. 25 из них стали командирами кораблей, без малого два десятка — адмиралами».

А в 1964 году экипаж собрался в специальном учебном центре подводников-атомщиков. Правда, были и выезды на предприятия и в НИИ, но тоже с соблюдением мер секретности.

…Это было похоже на армейский строй, если бы не одно «но»: по проспекту Римского-Корсакова в Ленинграде строем утром и вечером проходила довольно большая группа подтянутых молодых людей в модных плащах и шляпах. Для сотрудников органов безопасности — чересчур беспечно, а если военные, то почему не в форме?

«Никто и не догадывался, что так «замаскировались» члены экипажа строящегося атомного подводного ракетоносца, прибывшие в город на Неве на учебу, — рассказывал мне председатель совета ветеранов К-137 капитан 1 ранга Владимир Миропольский. — Дело в том, что в морской форме светиться за пределами закрытой территории было запрещено — режим секретности был очень строгий. Экипажу предложили самим выбрать гражданскую одежду. Нашлись настоящие знатоки, которые и купили самые модные в ту пору плащи и шляпы, что и стало ориентиром для всех остальных».

Как вспоминал капитан 1 ранга Игорь Тишинский — в ту пору старший помощник командира, все стремились безупречно сдать экзамены и получить право самостоятельно обслуживать сложную технику и оружие. В мае 1965 года началась служба непосредственно на Севмашпредприятии в Северодвинске.

Березовский и Тишинский разработали специальную программу, где общая подготовка велась днем на базе, а вечером и ночью — непосредственно на лодке: рабочих тогда почти не было. В результате удалось добиться отличной выучки. К примеру, матросы и старшины в полной темноте могли безошибочно найти расположение клапанов и механизмов на трубопроводах различных систем.

«Ложка меда» для генсека

Сроки поджимали — корабль должен был стать подарком стране к 50-летию Великого Октября. К планируемому грандиозному юбилею промышленность и военные моряки просто обязаны рапортовать о приемке К-137 в состав ВМФ СССР.

Отсюда и постоянный контроль за ходом строительства и испытаний со стороны не только председателя госкомиссии вице-адмирала Александра Петелина, но и высшего руководства страны. В мае 1967 года, когда корабль уже был спущен на воду, его посетили генеральный секретарь ЦК КПСС Леонид Брежнев, председатель правительства СССР Алексей Косыгин и министр обороны Андрей Гречко.

Визит не был пустой формальностью: первые лица посетили все без исключения отсеки, начиная с носовой части и заканчивая кормой. Особенно вникал в мелочи Косыгин, в частности, заметивший, что койки у подводников тяжеловаты — лишняя нагрузка.

Коррективы вносились тут же на борту. Когда Косыгину доложили, что на пульте управления главной энергетической установкой шесть офицеров, тот подумал — это одна смена. То есть всего в экипаже их на этом посту 18, а коль так, то надо бы увеличить прием в военно-морское инженерное училище. Ему пояснили, что шесть — это всего, и решение по подготовке кадров тут же пришлось отменить.

Не обошлось во время визита и без «ложки меда». Накануне во всех отсеках вывесили портрет Леонида Брежнева, ну а поскольку везде имелась видеосвязь, то его разместили прямо напротив телекамеры. Когда гости уже собрались уходить, им предложили опробовать работу системы видеонаблюдения. На экране монитора появлялся один отсек за другим, и первым делом в глаза бросался портрет генерального секретаря ЦК КПСС. Естественно, это заметил и сам Брежнев, но тактично промолчал…

14 декабря 1968 года К-137 вышла на первую боевую службу, которая была завершена на «отлично» спустя полтора месяца. Через год капитану 1 ранга Вадиму Березовскому было присвоено звание Героя Советского Союза, а свыше 200 членов экипажа и специалистов были отмечены государственными наградами. Особый статус лодки подтверждается и тем, что в 1970 году ей присвоено наименование «Ленинец» — к 100-летию В.И.Ленина.

Наследство для «Юрия Долгорукого»

…Осенью 1993 года подводный крейсер К-137 завершил службу и отправился в Северодвинск на утилизацию. За 27 лет службы в составе ВМФ СССР и России он совершил 20 боевых служб, все стрельбы (а их было порядка 30) провел на «отлично». Кстати, этот ракетный подводный крейсер стал нести постоянное стратегическое дежурство еще до того, как на него заступили в РВСН.

Спустя три года после прибытия К-137 в Северодвинск там же, на заводе «Звездочка», в 1996-м заложили лодку нового поколения — ракетный подводный крейсер стратегического назначения «Юрий Долгорукий». Главным конструктором проекта 955 «Борей» стал все тот же человек — Сергей Ковалев.

Иными словами, опыт создания и использования проекта 667А и последующих его модификаций пригодился в разработке нового поколения ракетных подводных крейсеров стратегического назначения.

«Юрий Долгорукий» уже семь лет в строю ВМФ России, а приписка у него та же, что и у К-137, — военно-морская база Гаджиево. Служба продолжается.

Реклама
Реклама
Комментарии
Войдите в свой аккаунт социальной сети Вконтакте или Facebook и сможете принять участие в комментировании материалов сайта.