Иранский поход Красной Армии

Иранский поход Красной Армии

Малоизвестные страницы операции «Согласие», ставшей неожиданностью для Третьего рейха
Воины Красной армии в Иране в 1941 г.
© Фото из архива
Малоизвестные страницы операции «Согласие», ставшей неожиданностью для Третьего рейха
' + '' + ' ' + ''+ ' Воины Красной армии в Иране в 1941 г.
Реклама

Иранская кампания, или, как ее закодировали военные, операция «Согласие» — пожалуй, наименее известная у нас из всех страниц Второй мировой войны. Лишь не так давно в российских архивах были рассекречены некоторые документы, относящиеся к этой весьма масштабной военной эпопее, в которой принимали участие армии стран-союзниц.

Иранцы встречали приветливо

Конец лета 1941-го. В то время, как на европейском театре военных действий Красная Армия вела упорные бои под Смоленском, пыталась сдерживать наступление гитлеровцев на Ленинград, далеко на юге ее полки и дивизии стремительно наступали. Продвигались вперед на сотни километров, захватывая по пути десятки городов и селений.

 Уже вскоре после нападения Германии на Россию руководители союзных государств — Англии и СССР — договорились о совместных военных действиях в Иране. Согласно решению, принятому Сталиным и Черчиллем, СССР «брал под опеку» Северный Иран, а английская армейская группа одновременно с этим вторгалась в Южный Иран, забирая под свой контроль тамошние нефтяные промыслы.

Официально озвученная Кремлем причина такого вторжения — необходимость обезопасить южные границы Союза и важнейший район нефтедобычи на Каспии. Перед началом Второй мировой войны иранский правитель Реза-шах стал ориентироваться в своей политике на Германию. В Иране даже были созданы фашистские организации, которые курировались из Берлина.

Спецслужбы нацистов имели в этой стране очень сильные позиции. В Иран прибыло много инструкторов из германского Генштаба и, кроме того, сотни немецких офицеров под видом технических специалистов и туристов. Германия использовала Иран в своих промышленных интересах — в первую очередь вывозила оттуда дешевую нефть.

После нападения на СССР руководители Третьего рейха рассчитывали воспользоваться персидской территорией как плацдармом для вторжения в республики советского Закавказья для захвата главных нефтедобывающих районов Азербайджана. «Германизация» Ирана создавала немалую угрозу и британским интересам в этом регионе. Вот потому руководители двух стран-союзниц и договорились провести операцию «Согласие».

Но для оккупации территории соседнего государства должны существовать какие-то очевидные поводы. И тут на помощь кремлевским властям пришел международный документ 20-летней давности. Еще в 1921 году между Россией и Персией был подписан Договор о дружбе, в котором имелась статья №6: советское правительство «в целях самозащиты» имеет право ввести войска в персидские северные провинции, если поведение правительства этой страны создаст угрозу для границ СССР.

В июле–августе 1941-го послу Ирана в Москве трижды вручались дипломатические ноты по поводу активной деятельности немецких агентов в этой стране, представляющей опасность для СССР. Наркоминдел настойчиво просил соседей выдворить немцев. Иранцы в ответ присылали формальные отписки. Утром 25 августа нарком иностранных дел Молотов вызвал иранского посла и объявил ему, что в связи с тем, что советские правительственные ноты остались без надлежащей реакции, а также в соответствии с пунктом 6 действующего советско-иранского договора, СССР вводит свои войска на территорию Ирана.

К этой операции у нас стали готовиться заблаговременно. Закавказский военный округ был преобразован в Закавказский фронт, в который входили 4 армии. К августу 1941 года на эти рубежи были стянуты крупные армейские силы.

Из директивы Военного совета Закавказского фронта от 23 августа 1941 года:

«…Закавказский фронт с утра 25 августа войсками 44-й и 47-й армий переходит границу Ирана. В случае оказания вооруженного сопротивления со стороны иранских войск... уничтожает войска и материальную часть противника...»

Руководство Ирана не ожидало, что СССР решится на столь радикальный шаг. Это оказалось сюрпризом и для «первых лиц» Рейха. Один из руководителей гитлеровских спецслужб Вальтер Шелленберг в своих записях упомянул: «для нас стало неожиданностью вторжение СССР в эту страну».

Разработкой иранской операции занимался начальник штаба Закавказского военного округа генерал-майор Федор Толбухин — в будущем известный военачальник, закончивший войну маршалом, командующим 3-м Украинским фронтом.

Согласно подготовленному плану, советские войска наступали с двух сторон. Сперва в Иран вошли из республик Закавказья части 44-й и 47-й армий, а несколько дней спустя, 27 августа, к операции подключилась 53-я армия генерал-майора С.Г.Трофименко. Она начала движение со среднеазиатского направления — из Туркмении.

В составе Закавказского фронта действовали пехотные, горно-стрелковые, кавалерийские, механизированные части, корабли Каспийской флотилии. Советская авиация активно действовала лишь в первые дни: наши самолеты бомбили опорные пункты иранской обороны. В дальнейшем работа летчиков сводилась главным образом к обеспечению связи, разведке и разбрасыванию листовок.

Подразделения Рабоче-крестьянской Красной армии почти не встречали сопротивления и продвигались вперед очень быстро. Ожидать иного было трудно. Хотя руководство Ирана и отдало своим войскам приказ об активном противодействии вторжению, однако реальные силы иранской армии были несопоставимы с силами союзников.

Иранцы смогли задействовать на фронтах лишь 9 дивизий — слабо вооруженных и плохо обученных. Авиация шаха — 4 авиаполка — была практически полностью уничтожена в первые же дни операции «Согласие»: большую часть боевых самолетов союзники сожгли прямо на аэродромах.

Так что иранские вооруженные силы сколь-нибудь серьезного сопротивления противнику не оказывали. А местное население в значительной части своей и вовсе относилось к приходу войск Красной Армии с энтузиазмом.

Из политдонесения от 30 августа 1941 года: «Части 44-й и 47-й армий продолжают выполнение задачи по овладению северной частью Ирана. Противник, оказывая сопротивление на отдельных участках фронта, продолжает отходить на юг. К исходу 29 августа... у Хингана захвачено в плен 1000 человек 8-го пехотного полка, у Аджебтир — 600 человек… в районе Мехабад уничтожен 10-й пехотный полк 4-й пехотной дивизии... Настроение основной массы населения хорошее...».

Из политдонесения от 1 сентября 1941 года: «Население приветливо встречает Красную Армию и не желает ее ухода. Особенно ярко выражают свои чувства любви к Красной Армии азербайджанцы и армяне — выходцы из СССР...».

Козни союзников

29 августа части Красной Армии встретились с наступавшими им навстречу британскими войсками в районе города Сенендедж, а двумя днями позже — в нескольких километрах южнее Казвина.

Согласно первоначально разработанному советско-английскому плану, центральная часть страны вместе со столицей оставалась не занятой войсками союзников, а в Тегеране по-прежнему находилось шахское правительство. В иранской столице действовало много немецких агентов, а потому нет ничего удивительного, что там преобладали прогерманские настроения.

Такая ситуация сохранялась вплоть до середины сентября, когда Англия и Советский Союз все-таки ввели свои армейские силы в Тегеран, который отныне находился под их совместным контролем и подвергся самой серьезной «зачистке» от нацистской агентуры.

Но еще до того правитель страны, шах-«германофил», отрекся от престола в пользу своего сына — принца Мохаммеда Реза Пехлеви, который пошел на контакт с союзниками. А 9 сентября 1941 года иранское правительство разорвало отношения со странами фашистского блока.

Новое руководство Ирана обязалось не препятствовать организации через свою территорию военного транзита стран Антигитлеровской коалиции. Ленд-лизовские поставки в СССР, осуществляемые по «иранскому коридору» оказались наиболее дешевыми и безопасными из всех, которые удалось наладить союзникам за годы войны.

Техника, сырье, продукты транспортными судами доставлялись в иранские морские порты, и оттуда их везли через всю страну на север, до побережья Каспийского моря, а далее — снова водой — сплавляли по Каспию, по Волге. Был и еще один вариант «коридора» — из Северного Ирана через республики советского Закавказья.

Пришедший к власти Реза Пехлеви позаботился о том, чтобы все германские агенты были выдворены из Ирана. Немецкие колонии там быстро обезлюдели, остались лишь единицы граждан Третьего рейха — те, кто не представлял реальной опасности.

На Закавказском фронте наступило затишье. Этим воспользовалось военное командование СССР. Когда осенью 1941-го возникла опасность прорыва войск вермахта на Кавказ через взятый ими Ростов, эту брешь на фронте «заткнули», отправив туда из Ирана несколько дивизий. К зиме еще ряд полков, находившихся на персидской земле, были переброшены воевать против немцев. А в 1942-м отдельные подразделения «иранцев» отправили в самое пекло войны, под Сталинград.

Впрочем, их товарищам по оружию, оставшимся на персидской земле, тоже приходилось нелегко. Хотя простые иранцы искренне приветствовали приход Красной Армии, однако более зажиточные — купцы, духовенство, промышленники, некоторые работники госучреждений и администрации — были недовольны «пришельцами с севера» и пытались настраивать народ против них.

Случались отдельные проявления партизанской войны. Кое-где в тылу у советских войск, в горной местности, существовали вооруженные формирования. Как правило, цель этих «повстанческих отрядов» была сугубо меркантильная: пограбить. Басмачи неоднократно нападали на обозы, на небольшие группы красноармейцев. Наше военное командование собирало местных духовных вождей, авторитетных старейшин — их просили уговорить «повстанцев» сдать оружие: мол, если сделают так, мы никого наказывать не будем.

В конце 1942-го в Иран были введены войска еще одного из союзников по антигитлеровской коалиции — США. С появлением американцев шах Реза Пехлеви быстро переориентировался на активное сотрудничество с заокеанской державой. Возникновению такой симпатии немало поспособствовала работа американских спецслужб. Дружба продолжалась практически до Исламской революции 1978 года, когда пути Ирана и США разошлись.

В ноябре-декабре 1943 года в Тегеране прошла конференция глав стран-союзниц — СССР, США, Великобритании. В столицу Ирана прилетели Иосиф Сталин, Франклин Рузвельт, Уинстон Черчилль. В художественном кинематографе этим событиям посвящен фильм «Тегеран-43».

Не всегда просто складывались у нас отношения с англичанами. Их свободно допускали в советскую зону, разрешали даже без лишних официальных процедур посещать наши гарнизоны, располагавшиеся в основном в крупных городах. Одной из объективных причин этих визитов было проведение метеонаблюдений. А вот господа британцы советских «братьев по оружию» в своей зоне оккупации категорически не хотели видеть.

Кроме того, в иранской столице англичане развернули среди местных жителей активную антироссийскую пропаганду. Они даже создали там специальную разведшколу, куда набирали армян, туркмен — выходцев из республик СССР — для последующей заброски их на территорию нашей страны.

В 1942 году СССР подписал с Ираном союзный договор, в котором много места было уделено гуманитарной помощи нашему южному соседу. Сюда везли из России эшелоны с зерном. Кроме того, наши организовывали медпомощь «на местах». Чаще всего это были амбулатории, развернутые для обслуживания советских гарнизонов, но врачи принимали и местных жителей.

Согласно тройственному договору, подписанному 29 января 1942 года СССР, Великобританией и Ираном, войска союзников должны быть выведены с территории Ирана через полгода после окончания Второй мировой войны. Однако в реальных условиях эти сроки изменились.

Американцы, позже других вошедшие в Иран, ушли оттуда первыми. Они эвакуировали своих солдат к 1 января 1946 года. Англичане сделали это к началу марта. А вот части Красной армии на персидской земле задержались. Последние наши батальоны покинули Иран лишь 9 мая 1946-го.

Оценить численность наших войск, участвовавших в операции «Согласие», исследователи смогли благодаря опубликованным данным разведки США. В общей сложности количество солдат Красной армии, введенных в Иран, достигало 30 тысяч человек.

Какую цену России пришлось заплатить за участие в «персидской кампании»? По имеющимся сведениям, войска РККА за первые, самые активные дни проведения операции «Согласие» потеряли лишь около 50 человек убитыми. В дальнейшем эта цифра, конечно, возрастала, однако наибольший урон во время иранской военной акции наши войска понесли вовсе не в боях.

Самыми опасными врагами для советских солдат на персидской земле оказались малярия и тиф. Свыше 4000 заболевших красноармейцев было эвакуировано в госпитали на территории СССР.

Но потери, понесенные в ходе иранской операции, были оправданными. Ведь рядом находилось одно из государств, очень опасных тогда для Советской России. Дружественная Германии Турция могла в любой момент объявить нам войну. Однако военное присутствие союзников в соседнем Иране оказывало сдерживающее влияние на наследников великой Османской империи.

Реклама
Реклама
Комментарии
Войдите в свой аккаунт социальной сети Вконтакте или Facebook и сможете принять участие в комментировании материалов сайта.