Иран и стратегия «Шиитского полумесяца»

Иран и стратегия «Шиитского полумесяца»

Новая военная сила на Ближнем Востоке
© wikimedia.com
Новая военная сила на Ближнем Востоке
15 апреля 2019, 10:10
Реклама

С началом войны в Сирии, а особенно после операции ВКС России в нашей стране вырос интерес к ближневосточным процессам: с кем там воюют наши, кто там плохие, кто — хорошие. Вышло так, что по одну сторону с нашим союзником — армией Сирии — оказались закоренелые противники США и Израиля — Иран и ливанская «Хезболла». «Армейский стандарт» попытался разобраться в хитросплетениях ближневосточной военной ситуации, а также оценить перспективы внутримусульманского вооруженного противостояния.

Преданья старины глубокой

Без исторического экскурса не обойтись. Ибо именно в VII веке корни современных межисламских распрей. 13 столетий назад в Аравии умер пророк Мухаммед, основатель ислама и глава мусульманского государства. Встал вопрос о наследнике. Поначалу власть взяли на себя халифы — избранные люди из числа мусульманской общины, известные своим благочестием. Кандидатура последнего из халифов — Али, который был двоюродным братом Мухаммеда и мужем его дочери Фатимы, вызвала критику со стороны части мусульман. Так началась первая фитна — гражданская война между мусульманами.

В ходе войны Али погиб от руки убийцы, а его сторонники во главе с сыном Али-Хуссейном ушли в оппозицию к большинству. Они образовали «Ши-ат Али» (партию Али) или «Шиа». Отсюда пошло название «шииты». Другая партия, возглавляемая халифом Дамаска, приняла иную версию ислама, известную как суннизм.

Итогом противостояния суннитского большинства и шиитов стало поражение последних в битве при Кербеле, где погиб Хуссейн и многие лидеры «партии Али». Сегодня события Кербелы являются краеугольным камнем шиитской идеологии. По преданиям, отряд Хуссейна был в разы меньше войска противника, однако его сторонники не испугались и пошли в бой, где им не суждено было победить.

День битвы при Кербеле (Ашура) отмечается шиитами. В Иране есть поговорка «вся земля — Кербела, каждый день — Ашура», что означает «Каждый день — день решающей битвы не на жизнь, а на смерть, вся земля — поле этой битвы». В этих словах, по сути, сконцентрирована вся шиитская идеология.

Уцелевшие шииты постепенно покинули пределы Аравии и нашли убежище в Иране, который хотя и входил в состав халифата, но был все же от него обособлен. Произошла встреча двух обособленных сообществ: религиозного и этнического, которые нашли взаимопонимание как на почве идеологии, так и на почве неприязни к халифату.

Спустя 13 столетий Персия осталась единственной страной в мире, где преобладает шиитская версия ислама. Отдельные шиитские общины есть также в Ливане, Сирии, Ираке, Йемене и ряде других стран.

Шиитский ислам так удачно лег на почву традиционных иранских верований, что стал практически составной частью персидской истории. Однако на фоне монгольского нашествия, колониальной эры и других глобальных исторических событий шиизм оставался как бы на втором плане мировой истории. Так продолжалось до совсем недавнего времени.

Шиитский ренессанс

Своего рода «шиитский ренессанс» пришелся на вторую половину XX века, и произошло это, конечно же, в Иране.

Сейчас многие считают, что Иран до власти аятоллы был процветающей и прогрессивной страной, которую исламский фундаментализм вогнал в каменный век. Доказательством служат исключительно фотографии девушек в купальниках времен шахского Ирана. Мол, вот при шахе девушки одевались как хотели, а теперь все в хиджабах — довели имамы страну.

Позиция не очень убедительна. Шахский Иран (как и вообще любое государство с абсолютной монархией) не имел никакого отношения ни к демократии, ни к народовластию. Попытка премьер-министра Мохаммеда Моссадыка в 1953 национализировать иранскую нефть в ущерб США и Великобритании привела к перевороту, организованному ЦРУ и британской MI6. В ходе так называемой операции «Аякс» демократически избранный глава государства Моссадык был свергнут, власть в стране перешла в руки шаха.

Дальше. Уровень жизни в шахском Иране был значительно ниже, чем в соседнем Ираке. Население было вогнано в крайнюю степень нищеты, почти не существовало образования и социальных институтов.

После того как светская оппозиция в Иране была жестоко подавлена в стране осталась только одна альтернативная политическая сила — шиитское духовенство.

Неудивительно, что народные массы в итоге сплотились вокруг одного из самых влиятельных шиитских деятелей — имама Хомейни.

Польский журналист Рыщард Капущинский, побывавший в Иране, писал, что исламская революция по своей сути была не похожа ни на какую другую. Все началось с волны антиправительственных митингов, которые «в духе демократии и свободы» были разогнаны с применением оружия против демонстрантов. Через 40 дней по исламскому обычаю в десяти городах Ирана толпы людей собрались на шествия в память о погибших. Религиозные выступления переросли в политические и были вновь разогнаны армией. Через 40 дней ситуация повторилась уже в 20 городах…

Исламская революция не была собственно выступлением некоей политической силы против правящего режима. Она объединила народные массы, требовавшие справедливости. Армия оказалась бессильной против широких масс, а многие из солдат, не желающие расстреливать демонстрации, стали присоединяться к протесту.

В итоге режим шаха был свергнут. К власти пришло шиитское правительство, создавшее новый государственный строй — Исламскую республику. Как первой Французской республике или молодому Советскому государству, ей сразу же пришлось столкнуться с агрессией извне.

Соседний Ирак, возглавляемый Саддамом Хуссейном, решил воспользоваться нестабильностью у соседей и начал войну с целью захвата иранской провинции Хузестан.

Корпус стражей Исламской революции

Хотя жесточайшая ирано-иракская война в итоге окончилась ничем, на ее фронтах родилась новая шиитская военная структура, известная сегодня как Корпус стражей Исламской революции (КСИР) Ирана.

КСИР представляет собой нечто вроде альтернативных вооруженных сил страны. Эта структура, объединяющая ВВС, ракетные войска, разведку и контрразведку, а также ополчение, существует одновременно с армией Ирана и по сути обладает куда большими возможностями.

В составе КСИР существует уникальная структура «Корпус Кодс» — подразделение, которое продвигает иранскую военную политику за границами страны. Специалисты из «Кодс» вербуют и подготавливают бойцов в формирования мусульман-шиитов.

КСИР также занимается основными военными разработками, включая ракетную и ядерную программы, а также производство беспилотников. Последние создают в Иране на основе передовых американских и израильских разработок, полученных при перехвате чужих дронов иранцами в своем воздушном пространстве.

Корпус стражей готовит кадры народного ополчения «бассидж». Иранская оборонительная стратегия предусматривает массовую мобилизацию в случае вторжения. Мобилизованные в ополчение бойцы должны будут получить оружие и рассеяться по городам и сельской местности для оказания сопротивления противнику партизанскими методами.

«Хезболла»

Именно по образцу КСИР впоследствии были сформированы шиитские формирования по всему Ближнему Востоку. Первым формированием такого рода стала ливанская «Хезболла».

История появления «Хезболлы» наглядно демонстрирует, как бывают не правы великие державы, забывая о, казалось бы, малых мира сего. Когда в 80-е годы СССР и США руками своих региональных союзников столкнулись в Ливане, местная община мусульман-шиитов оказалась забыта обеими сторонами. Однако о братьях-шиитах вспомнил Иран.

Советники из КСИР помогли ливанцам сформировать мощную структуру, которая сегодня находится на острие иранской войны против Израиля. После краха Организации освобождения Палестины и прихода к власти в секторе Газа партии ХАМАС «Хезболла» стала противником Израиля №1. Регулярные обстрелы, диверсии и нападения спровоцировали израильское вторжение в Ливан 2006 года. В ходе этих событий, известных сейчас как Вторая ливанская война, коса израильской военной машины впервые нашла на камень. Хотя официально ЦАХАЛ удалось подавить сопротивление «Хезболлы» и отбросить ее от своих границ, окончательно решить ливанский вопрос евреи не смогли.

Причин тут несколько, и одна из них — высокая боеспособность «Хезболлы». В битве за поселок Бинт Джабиль армия Израиля так и не смогла взять населенный пункт и подавить сопротивление ливанцев. Притом, что, по официальным данным, с израильской стороны в бою участвовали до 5000 человек при поддержке танков, артиллерии и авиации, а с другой — около 100–150 бойцов «Хезболлы».

Еще один показательный момент той войны: битва при Вади-Салуки. Группа бойцов «Хезболлы» за сутки выбила 11 танков «Меркава Мк4» из 24 пытавшихся пересечь реку. Классические последствия недооценки противника и упования на собственное превосходство.

Сопротивление ливанцев затормозило израильскую операцию, которая подверглась жесточайшей международной критике. Израиль ушел, а «Хезболла» осталась и с тех пор стала только сильнее.

Модель «Хезболлы» оказалась настолько успешной, что по ее образцу во всем мире стали появляться военизированные отряды мусульман-шиитов. Впервые они проявили себя во время американской оккупации Ирака. Мусульмане-шииты выступали против оккупационных сил США и их союзников, регулярно совершали нападения на блокпосты и патрули. Итог известен: США были вынуждены свернуть свое военное присутствие в Ираке из-за высоких потерь.

Шииты против ИГ*: Сирия и Ирак

С началом гражданской войны в Сирии в 2012 году арабские страны отвернулись от Дамаска, а многие и вовсе предпочли поддержать боевиков «умеренной» (и не очень) оппозиции. Единственной страной региона, которая заявила о поддержке законных сирийских властей, стал Иран.

Причины неприязни шиитов к «сирийской (антиасадовской) революции» понятны. Для Ирана Сирия стала фронтом войны с «арабской весной», которая могла докатиться и до самого Тегерана. Не последнюю роль сыграл тот факт, что радикалы в Сирии открыто заявили о своем желании истребить «вероотступников»-шиитов, что в Тегеране восприняли как нападение на братьев по вере.

Для радикалов персонажи, воевавшие с Али и Хуссейном, являются идейными вдохновителями и образцами для подражания в деле борьбы за чистоту истинной веры. Так первая фитна отозвалась эхом спустя 1300 лет.

На призыв о защите святынь откликнулись многие шииты в Ираке, Ливане, Афганистане и Пакистане. Десятки тысяч человек отправились в Сирию и примкнули к сирийской армии. Подготовкой и оснащением этих отрядов занялись иранские военные советники из КСИР, за годы отладившие настоящую военную машину.

Поворотным моментом в становлении шиитского сопротивления стало вторжение группировки «Исламское государство»* (ИГ, запрещена в РФ) в Ирак в 2014 году. Ранее почти неизвестная группа террористов (одна из множества воюющих в Сирии) за считаные месяцы смогла захватить территории, сопоставимые по размерам с некоторыми европейскими странами.

Вооруженная американцами армия Ирака оказалась неспособной оказать достойное сопротивление террористам. Пали Мосул, Рамади, Фаллуджа и Тикрит. Армия «халифата» готовилась взять Багдад, но на пути у нее стало шиитское ополчение. Если бы пал Багдад, террористы вырезали бы всех, кого сочли вероотступниками. Отступать было просто некуда.

Для создания в Ираке фронта шиитского сопротивления в Багдад экстренно прибыл один из самых талантливых специалистов КСИР — генерал Кассем Сулеймани.

Об этом человеке можно говорить много. Ограничусь заголовком из журнала Newsweek: «Сначала он воевал с Америкой: теперь он сокрушает ИГ*». В этих словах нет никакого преувеличения или искажения. Именно Сулеймани создал в Ираке шиитские партизанские отряды, которые воевали с американским контингентом. Именно он (по словам многих американских официальных лиц) вынудил США уйти из Ирака, и именно он остановил ИГ* у ворот Багдада.

За считанные недели стараниями Сулеймани был создан «Хашд-аль-Шааби» — единый фронт шиитских формирований в Ираке. Сулеймани потребовал предоставить ему оружие и военную технику из арсенала иракской армии, и он же повел новые войска в контрнаступление. Под командованием генерала шиитские отряды отбили у исламистов Тикрит, Фаллуджу и Рамади. Все это время армия Ирака оправлялась от потерь и поражений и при любом осложнении на фронте запрашивала поддержку Сулеймани.

Когда ИГ* был отброшен от Багдада, в Тегеране сочли, что пришло время нанести террористам решающее поражение и в Сирии. В свое время в американской прессе появилось несколько сообщений о том, что именно генерал Сулеймани провел в Москве переговоры с правительством России о начале сирийской операции. В одной из этих статей утверждалось, что Сулеймани от имени Ирана предложил направить в Сирию крупные подкрепления из числа шиитских формирований, которым требовалась поддержка с воздуха.

О том, что было дальше, мы хорошо знаем. Однако хотелось бы осветить роль иранцев и их союзников в шиитской войне несколько подробнее. В 2015–2016 годах в Сирию из Ирака и Ирана были переброшены крупные подкрепления шиитов, которые приняли участие в боях за Пальмиру, битве за Дейр-эз-Зор, успешно сражались за освобождение Алеппо. Оставаясь в тени, они добивались в Сирии своих целей, которые совпали с целями армии России. Просто так получилось, что и мы, и они не приемлем терроризма и убийств во всех их проявлениях.

Шиитский интернационал: что дальше?

Сегодня на Ближнем Востоке сложилась парадоксальная ситуация: халифат, грозивший истребить вероотступников, стал благодатной почвой, на которой выросла совершенно новая военная сила. Как-то само собой получилось, что, освобождая захваченные ИГ* территории, шииты смогли создать стратегически важный коридор: Тегеран — Багдад — Дамаск — Бейрут. Если бы не ИГ*, этого бы никогда не произошло.

Сейчас «шиитский интернационал» включает в себя десятки группировок в ряде стран Ближнего Востока: ливанская «Хезболла», иракские «Бригада Имама Али», армия «Махди», афганская «Дивизия Фатимы», пакистанская «Дивизия Зейнаб» и многие другие. Эти формирования действуют в обход границ государств, в первую очередь защищая собственные идеалы, а не политические интересы какой-либо страны.

Примерную численность этой армии установить сложно. Ясно, что речь идет о сотнях тысяч (если не миллионах) человек. В их распоряжении есть танки — американские «Абрамсы» и российские Т-90, полученные в Ираке и Сирии, бойцы мотивированы и закалены многолетними боями.

В интервью французским СМИ один из командиров иракской «Бригады имама Али» Абу Азраил заявил: «Если имам скажет пойти в Мекку или Саудовскую Аравию — я пойду туда. Если он скажет нам пойти в Йемен и помочь нашим братьям-хуситам, мы сделаем это. Когда-нибудь наступит день, когда я паду как мученик, но мы победим».

Он имеет в виду главу всех мусульман-шиитов, верховного лидера Ирана Сейида Али Хаменеи. А слова о Мекке и саудитах можно понимать практически как прямую угрозу. Шииты небезосновательно считают Саудовскую Аравию главным рассадником терроризма, а саудовских королей — сектантами. После начала войны в Йемене, где саудовская армия и ее союзники показали себя никудышными вояками, сомневаться в том, чем кончится конфликт между саудитами и шиитами, не приходится.

Шиитский военный ренессанс вызывает серьезные опасения в Израиле. Отсюда — постоянные налеты на сирийскую территорию, после которых ЦАХАЛ традиционно отчитывается об огромных потерях среди иранцев и их союзников. Однако где погибает сотня шиитов, вскоре появляется две сотни, а победить многотысячную армию силами тактической авиации — задача попросту невыполнимая.

Есть опасения насчет возможной ирано-израильской войны, в которой Иран может даже не принимать участия напрямую. Точкой возможного конфликта эксперты называют Голанские высоты: спорную территорию, которую США недавно признали за Израилем. С сирийской стороны Голан стоят силы «шиитского интернационала», с ливанской — отряды «Хезболлы». А израильские газеты пишут, что район недавно посетил враг №1— иранский генерал Сулеймани.

Порой действия Израиля на иранском фронте и вовсе вызывают недоумение. Чего стоит история с «двумя шкафами» секретных данных об иранском ядерном оружии, которые предоставил премьер-министр Нетаньяху в прямом эфире. Впоследствии выяснилось, что за секретный завод по производству ядерного оружия Израиль выдал мастерскую по производству ковров, которая стала местным туристическим центром.

Под давлением шиитской военной машины монархии Персидского залива ищут союза с Израилем. Из Вашингтона, Тель-Авива и Эр-Рияда звучат слова о возможной иранской агрессии. Тегеран хранит загадочное молчание. А как мы знаем из трудов классиков: спокойствие — сильнее эмоций. Молчание — громче крика. Равнодушие — страшнее войны.

*ИГ - международная террористическая организация, запрещенная в России.

Реклама
Реклама
Комментарии
Войдите в свой аккаунт социальной сети Вконтакте или Facebook и сможете принять участие в комментировании материалов сайта.