Герои Халхин-Гола

Герои Халхин-Гола

Победным боям с японскими милитаристами в Монголии исполнилось 80 лет
© Фото из архива.
Победным боям с японскими милитаристами в Монголии исполнилось 80 лет
23 августа 2019, 10:32
Реклама

80 лет назад в историю побед нашей армии была вписана еще одна страница. Войска Красной Армии одержали верх в противостоянии с японцами, защищая территорию дружественной Монголии. По традиции, сложившейся еще в советские времена, эту военную эпопею чаще всего называют конфликтом на реке Халхин-Гол. Хотя масштабы боевых действий — их продолжительность, численность участвовавших войск, понесенные ими потери — позволяют некоторым исследователям называть халхин-гольскую эпопею «Второй русско-японской войной».

По нынешним временам ее, скорее всего, назвали бы маленькой победоносной войной. Хотя официально тогда никто никому войны не объявлял — ни Советский Союз Японии, ни японцы СССР. Войска Страны восходящего солнца, к весне 1939 года захватившие у Китая практически всю Манчжурию и планировавшие в дальнейшем с ее территории начать наступление на Советскую Россию, хотели с выгодой для себя «подправить» границу с Монголией. Армия островитян захватила довольно большой участок монгольских земель вдоль восточного берега реки Халхин-Гол, однако за своих союзников вступилась Россия.

Локальные столкновения и весьма масштабные сражения длились несколько месяцев — с мая по сентябрь 1939-го. Согласно имеющимся сведениям, численность советских войск, участвовавших в конфликте, достигала 57 тысяч человек, им противостояло до 75 тысяч японцев. И вооружены эти армии были весьма внушительно. Вот лишь некоторые цифры. У наших — свыше 500 орудий, 580 самолетов, около 850 танков и бронемашин. У японцев — почти 500 (по другим данным, 280) орудий, до 700 самолетов, около 200 танков. Потери сторон были тоже очень ощутимые. Только убитыми и умершими от ран с нашей стороны числились около 7 тысяч человек. Японцы потеряли гораздо больше — свыше 17 тысяч.

За подвиги, совершенные во время халхин-гольского конфликта, 73 бойца и командира были удостоены звания Герой Советского Союза. Вспомним некоторых из них.

Эти бои, развернувшиеся на территории Монголии, подарили стране первых дважды Героев.

Раньше всех вторую «Золотую Звезду» получили два летчика-истребителя — С.И. Грицевец и Г.П. Кравченко.

Спас командира

Майор Сергей Иванович Грицевец до этого стал Героем, согласно Указу Президиума Верховного Совета СССР от 22 февраля 1939 года, за подвиги, совершенные в небе Испании. Против японцев он воевал в должности командира эскадрильи, входившей в состав 70-го истребительного авиаполка. На своем истребителе-биплане И-153 «Чайка» Грицевец принял участие в воздушном бою неподалеку от озера Буир-Нур 26 июня 1939 года, совершив беспримерный поступок, о котором написали советские газеты, прославив его на всю страну.

В разгар воздушного сражения Сергей заметил, что загорелся «ястребок», который пилотировал командир 70-го авиаполка майор В. Забалуев. Летчик сумел покинуть подбитую машину и опустился на парашюте. Он оказался на территории, занятой противником. Естественно, японцы, увидев это, решили захватить русского летчика в плен. Однако это помешал им сделать майор Грицевец. Он среагировал на ситуацию мгновенно: рискуя собой и своей «Чайкой», ухитрился посадить биплан на неровную каменистую площадку рядом с Забалуевым, помог товарищу забраться в свой самолет и под огнем приближающихся японских солдат благополучно взлетел. Подобных прецедентов в практике советских ВВС до той поры не было!

В общей сложности С.И. Грицевец совершил во время боев на Халхин-Голе 138 боевых вылетов, сбил 12 вражеских самолетов. 29 августа 1939 года за одержанные над японскими летчиками победы и уникальную операцию по эвакуации нашего комполка из японского тыла Сергею Ивановичу, первому в СССР, присвоили звание дважды Героя Советского Союза.

Сергей Грицевец до Великой Отечественной был самым результативным советским асом. В двух военных кампаниях сбил в общей сложности 42 вражеских самолета. Он наверняка пополнил бы этот список побед, воюя против вторгшихся на территорию нашей страны гитлеровцев. Однако этому не суждено было сбыться. Уже через считанные дни после окончания боев у Халхин-Гола кавалер двух «Золотых Звезд» С.И. Грицевец трагически погиб при авиационном происшествии на одном из аэродромов в Белоруссии.

Награда не спасла от репрессий

Вместе с Грицевцом кавалером двух «Золотых Звезд» стал и его товарищ по боям у реки Халхин-Гол майор Кравченко, командир 22-го истребительного авиаполка. Указы о присвоении им высокого звания были подписаны в один день.

Григорий Кравченко первое свое звание Героя получил за успешное участие в боевых действиях в Китае весной-летом 1938-го. А ровно через год в составе группы советских военных специалистов был направлен в воздушные части, участвовавшие в разгорающемся конфликте на территории Монголии. За месяц боев он сбил — лично и в составе группы — 7 вражеских самолетов. Среди побежденных им оказался и прославленный японский ас майор Маримото.

За свои подвиги Григорий Пантелеевич был удостоен звания дважды Героя Советского Союза. Впоследствии он участвовал в советско-финляндской войне. Великую Отечественную встретил в звании генерал-лейтенанта, командуя авиационной дивизией. Погиб в воздушном бою с немцами на Волховском фронте 23 февраля 1943 года и удостоился после смерти высокой по тем временам чести: урна с его прахом была захоронена в Кремлевской стене.

Третьим дважды Героем стал комкор Яков Владимирович Смушкевич, командовавший ВВС 1-й армейской группы, сражавшейся с японцами. В первый раз звание Героя он получил за Испанию. А вторая «Золотая Звезда» засверкала на груди советского аса после Халхин-Гола. Смушкевич благополучно уцелел в воздушных боях 1939-го. Однако дальнейшая судьба этого замечательного летчика сложилась трагически.

Получивший после переаттестации звание генерал-лейтенант авиации, Я.М. Смушкевич, занимавший высокую должность помощника начальника Генерального штаба РККА по авиации, незадолго до начала войны - 8 июня 1941 года был арестован по сфабрикованному против него обвинению в участии в подпольной антисоветской военной организации. Через несколько месяцев, в самые отчаянные октябрьские дни, когда немцы стояли у Москвы, Яков Смушкевич был расстрелян.

Танкист-ас

А теперь — о некоторых из тех, кто, сражаясь в степях Монголии, впервые стал Героем Советского Союза.

Младшего комвзвода командира бронемашины БА-10 Виктора Аминева некоторые знатоки истории танковой войны называют первым советским танкистом-асом.

БА-10 представлял собой бронированную машину на модернизированном шасси трехосного грузовика ГАЗ-ААА. Корпус был собран из стальных листов, максимальная толщина которых достигала 10 мм, что давало защиту лишь от пуль и осколков мелких снарядов.

Вес броневика «зашкаливал» за 5 тонн, так что штатный газовский двигатель мощностью всего 50 л.с. даже на шоссе мог разогнать БА-10 только до 52 км/час, а по пересеченной местности «десятка» и вовсе передвигалась «шагом» — не более 20 км/час.

Хотя ветераны говорили, что бронемашина при этом обладала хорошей проходимостью и даже могла карабкаться по склону в 45 градусов. Вдобавок, благодаря специально подвешенным с боков колесам-«ленивцам», бронеавтомобилю удавалось без проблем преодолевать неприятельские траншеи. В задней части БА-10 сверху была установлена поворотная башня с 45-мм орудием, а кроме того, на вооружении экипажа были еще 2 пулемета.

Машина Аминева входила в состав 1-й роты автобронебатальона 8-й мотоброневой бригады. Воевать на такой «коробочке» в монгольских степях было непросто. Сильные ветры поднимали тучи песка, забивавшегося во все щели и мешавшего следить за обстановкой.

А еще — жара. Температура летом зашкаливала порой за 40 градусов, а внутри бронированного автомобиля было и больше 50.

Однако экипаж Аминева приспособился к специфическим условиям. В этом большая заслуга командира. Младший комвзвода был требователен и внимателен даже к мелочам. Он сумел добиться от своих подчиненных слаженности действий. БА-10, которым командовал Михаил, всегда ловко маневрировал и умудрялся избегать таких мест, где на колесном приводе можно было бы застрять, став неподвижной мишенью для вражеских артиллеристов.

Удавалось им на поле боя также уворачиваться от коварных неприятельских «метателей мин». Дело в том, что японцы использовали непривычную для наших воинов-танкистов тактику. Они привязывали мины к длинным бамбуковым шестам и подсовывали их сбоку под советские бронированные машины. А еще аминевская «десятка» на удивление метко стреляла. Как правило, цель удавалось накрыть с первого выстрела.

Сохранились описания некоторых боев экипажа Аминева. Однажды его броневику было поручено нейтрализовать неприятельское орудие, которое своим огнем мешало развитию атаки наших танков. Задачу осложняло то, что японцы заняли очень удачную позицию на сопке, и подобраться к ним было трудно.

Аминев не поленился пройти-проползти по окрестностям и нашел-таки путь, по которому можно было скрытно приблизиться к вражеской пушке. Затем он договорился с командиром другой бронемашины, чтобы тот произвел отвлекающий маневр на противоположном фланге, а сам на своей «десятке» сумел вырулить на удобную позицию и парой метких выстрелов уничтожил зловредное орудие и его расчет.

В другой раз бронемашина Аминева атаковала из засады (тоже надо было ведь найти подходящее место!) две японские бронемашины и, не дав им развернуться для стрельбы, уничтожила. А 4 июля, когда нашим танкистам пришлось отбивать атаку японской бронированной техники, «десятка» под командой Михаила меткими выстрелами подбила 4 вражеских танка. В общей сложности в трех боях на Халхин-Голе этот экипаж уничтожил 6 японских танков, 2 бронемашины и 2 орудия.

Михаил Аминев погиб, когда победа над японскими захватчиками была уже близка. По воспоминаниям сослуживцев, в ночном бою 28 августа вражеский снаряд попал в башню его бронемашины. Несколько месяцев спустя, 17 ноября 1939 года, вышел Указ Президиума Верховного Совета СССР о присвоении командиру экипажа звания Героя посмертно.

Немало испытаний выпало на долю соратника Аминева по танковым войскам, участвовавшего в боях на Халхин-Голе, и тоже младшего комвзвода Мефодия Козлитина. Он был старшим механиком-водителем танка БТ-5 в 11-й легкой танковой бригаде и отличился в боях у горы Баин-Цаган.

При отражении японской атаки в ночь на 3 июля танк Козлитина уничтожил 3 орудия, легкий японский танк и несколько пулеметов. В бою 6 июля козлитинский БТ-5 прорвался в глубь японской обороны. Однако там боевая машина была подбита.

Мефодий Кириллович сумел организовать прорыв экипажа из кольца неприятельских солдат, которые уже предвкушали, как они возьмут в плен русских танкистов. Козлитин и его товарищи, вооружившись ручным пулеметом и гранатами, выбрались из подбитой машины через нижний люк и сумели отогнать огнем японских солдат.

Еще четверо суток потом наши танкисты «партизанили» в тылу у японцев. В светлое время дня они прятались в зарослях осоки у реки, а по ночам передвигались на запад — в сторону своих. Питаться приходилось в буквальном смысле подножным кормом — травой, кореньями водяных растений. Один раз повезло подстрелить молодого орла. Варить мясо было не в чем, поэтому попытались испечь его на углях костерка.

С крупными вражескими подразделениями вступать в бой этим четверым было бессмысленно, зато встреченные мелкие группы японцев наши уничтожали гранатами и пулеметными очередями. В общей сложности во время своего рейда по неприятельским тылам экипаж Козлитина уничтожил около полусотни неприятельских солдат.

В конце концов мужественные танкисты сумели добраться до расположения частей Красной Армии. За свой подвиг младший комвзвода Мефодий Козлитин был удостоен в конце августа 1939-го звания Героя Советского Союза.

Злую шутку сыграла капризная военная судьба с летчиком — помощником командира 22-го истребительного авиационного полка старшим лейтенантом Виктором Раховым. Во время воздушных боев с японцами у Халхин-Гола Рахов на своем «ястребке» сбил 9 неприятельских самолетов и еще столько же — в группе.

За столь успешные боевые действия в воздухе летчик был представлен командованием части к награждению «Золотой Звездой» Героя. В итоге высокое звание было присвоено Виктору Георгиевичу, однако сам он об этом так и не узнал. Отважный летчик получил тяжелое ранение в бою 27 августа и через два дня умер в военном госпитале. Случилось это 29 августа — как раз в тот день, когда вышел Указ Президиума Верховного Совета о награждении.

Реклама
Реклама
Комментарии
Войдите в свой аккаунт социальной сети Вконтакте или Facebook и сможете принять участие в комментировании материалов сайта.