Я хочу домой!

Я хочу домой!

В какой момент служба становится особенно трудна психологически
© АГН Москва
В какой момент служба становится особенно трудна психологически
24 августа 2020, 10:40
Реклама

Самым сложным периодом армейской службы с точки зрения психологии традиционно считаются первые две-три недели — время адаптации к новым условиям жизни, привыкания к новым правилам, знакомства с новыми людьми. И это действительно так. Но не всегда и не для всех. Многое зависит от типа личности, характера и темперамента новобранца. Для некоторых тяжелее всего оказывается середина срока службы, для других — последний месяц до дембеля. С чем это связано, как солдату пережить трудные дни и чем в это время ему могут помочь родные и близкие — об этом «Армейскому стандарту» рассказали психотерапевт Елена Мошкова и военный психолог Александр Забродин.

— Темперамент определяет очень многое в жизни каждого человека — его поведение, его поступки, реакции на происходящие события, — говорит Елена Мошкова. — Как известно, все люди по темпераменту делятся на четыре типа: сангвиники, холерики, флегматики и меланхолики. Сангвиники и холерики характеризуются экстравертным типом психики, то есть они открыты общению, любят находиться в гуще событий, легко сходятся с окружающими. А отличаются они тем, что сангвиник спокоен и уравновешен, а холерик — человек нервный и возбудимый.

Что же касается меланхоликов и флегматиков, то это интроверты, которые любят одиночество и узкий, привычный круг друзей предпочитают многолюдным компаниям и новым знакомым. Точно так же, как и первые два типа, они отличаются по типу нервной системы: флегматика крайне трудно вывести из себя, а меланхолик теряет самообладание по любому поводу.

А теперь давайте представим себе, скажем, холерика и флегматика в роли новобранцев. Для флегматика однозначно самым тяжелым станет первое время, прохождение курса молодого бойца — вокруг сплошь незнакомые люди, уединение практически невозможно, постоянно приходится с кем-то общаться. Но постепенно он привыкнет к новому образу жизни, определит круг людей, с которыми должен общаться, научится исключать лишние контакты, и жизнь войдет в колею.

Дальше будет проще, потому что флегматик всегда спокоен, и если с ним не происходит ничего экстраординарного, то вывести его из состояния равновесия очень и очень непросто.

Другое дело холерик: ему поначалу вполне может понравиться водоворот событий, в который он попал на военной службе. Его возбуждает калейдоскоп новых лиц, ему интересны новые армейские занятия, и потому первое время адаптации проходит довольно-таки безболезненно. Но спустя несколько месяцев холерик, который крайне неуравновешен, начинает скучать по родным. Для его возбудимой натуры долгое расставание оказывается тяжким бременем, и он начинает страдать, мучиться, считать дни до дембеля, которых, увы, остается еще довольно много, и это доставляет холерику дополнительные переживания.

— То есть разных людей тоска по дому и по близким настигает в разное время?

— Конечно. Те, кто любит перемены, склонен увлекаться новыми занятиями, новыми знакомствами, первое время могут чувствовать себя вполне комфортно. Зато потом, когда первое любопытство и интерес утолены, они, что называется, сдуваются, и на них может накатить непреодолимое желание снова оказаться в кругу семьи.

Я сталкивалась со случаями, когда молодые люди, став студентами вузов в крупных городах, потратив на поступление много сил, в итоге бросали учебу и возвращались домой — настолько сильно они скучали.

***

Наш постоянный эксперт, военный психолог Александр Забродин, рассказал историю из своей практики. Срочник по имени Алексей проходил службу в Забайкалье, имел поощрения от командования, считался одним из лучших бойцов в роте. У него складывались отличные отношения с сослуживцами, и поэтому все были очень удивлены, когда однажды Алексей самовольно покинул часть.

— К счастью, его уход был сразу замечен, солдата быстро вернули назад, командиры не стали афишировать его поступок и привлекать его к ответственности за дезертирство, — вспоминает Забродин. — Я провел с ним множество бесед и понял, что парень находится в глубоком стрессе.

Причины стресса, как водится, стали искать в неуставных отношениях или конфликтах, но ничего подобного в данном случае не оказалось. Выяснилось, что все дело в сильнейшей тоске по дому, в которой молодой человек стыдился признаться кому бы то ни было.

Этот высокий, здоровый парень, душа своего подразделения, буквально рыдал у меня на груди, рассказывая о маме, бабушке и младшем брате. Говорил, что не может больше без них. Я убеждал его, что служить ему осталось меньше пяти месяцев, но он отвечал, что это слишком долго…

В итоге я провел работу с близкими этого срочника, мама с братом приезжали в часть, и его состояние нормализовалось, он снова стал спокойным и веселым и без проблем дослужил до конца срока.

— Чем могут помочь родные в таких случаях, как правильно вести себя с сыном, который очень хочет домой?

— В первую очередь любое общение — в письмах, по телефону, при встречах — должно быть позитивным, без надрыва, без разговоров о том, как все соскучились, как без него плохо и пр.

Я не раз видел мам призывников, которые, прощаясь, никак не могли оторваться от своего дитятки. Снова и снова бросались ему на грудь, рыдали, повторяли, как будут скучать… Большинство ребят этого стесняются и норовят поскорее распрощаться. Но при этом часто такое поведение родственников и близких их заводит, настраивает на слезливый лад, на то, чтобы потом по вечерам вспоминать подобные сцены и травить этими воспоминаниями себе душу.

Особенно это касается легковозбудимых, внушаемых молодых людей, которые сами начинают верить, что в их жизни происходит трагедия разлуки.

Вот несколько правил для мам и других родственников, которые надо соблюдать, чтобы не довести своего сына до депрессии из-за чрезмерной любви к вам.

В письмах и разговорах избегайте излишней нежности, уменьшительно-ласкательных названий, каких-либо трогательных воспоминаний. Не надо сюсюкать со взрослыми парнями — это заставляет их забывать, что они взрослые, расслабляет, вызывает приступы слабости и меланхолии.

Присылайте свои или семейные фотографии только в том случае, если вас об этом просят. И постарайтесь, чтоб на фото вы выглядели бодро и позитивно, а не вызывали желания скорее бежать вам на помощь.

Не следует также рассказывать срочнику о проблемах в семье, о своем нездоровье, прохудившейся крыше или скандалах с соседями. Он пока все равно не сможет вам помочь, но будет переживать, и это может даже сказаться на ходе его службы.

Не настаивайте, чтобы он писал или звонил вам как можно чаще. Подстраивайтесь под его ритм — если он пишет или звонит, обязательно отвечайте, но сами не требуйте более тесного общения. Имейте в виду: иногда за нежеланием частых коммуникаций стоит не равнодушие к вам, а напротив, боязнь слишком растравить свою тоску.

Стройте больше планов, что вы будете делать после его возвращения домой — поедете вместе отдыхать, затеете ремонт, пригласите друзей и пр. Главное, чтобы эти планы были ему приятны.

— Можете все же сказать, какой из периодов в жизни срочника психологически самый сложный?

— Для всех по-разному, но могу выделить три трудных этапа: начало службы, середина срока и время перед дембелем. Этот последний период часто тоже бывает трудно выдержать — когда человек всеми помыслами уже дома и ему совершенно невыносимо ждать даже совсем недолгое время, даже всего несколько дней.

Казалось бы, эти дни — ерунда по сравнению со сроком, который он уже отслужил, но именно в это время чаще всего происходят психологические срывы. Поэтому любые корректировки демобилизации в сторону ее продления даже на день-два очень нежелательны.

Реклама
Реклама
Комментарии
Войдите в свой аккаунт социальной сети Вконтакте или Facebook и сможете принять участие в комментировании материалов сайта.